Без границ: Графические романы могут всё

Недавняя смерть Маржан Сатрапи побудила меня перечитать «Персеполис» (2003) — блестящее напоминание, если кому-то оно нужно, о мощной эластичности графического романа. Он может охватывать как масштабные исторические нарративы, так и самые личные истории; одновременно отражать множество точек зрения, когда слова говорят одно, а картинки — другое. Некоторые из моих фаворитов этого года обращаются к крупным общественным силам в форме эпидемий — СПИДа и COVID-19 — или разворачиваются в открытом космосе, но их полотна гораздо меньше, чем у Сатрапи, сосредотачиваясь на личных отношениях.

«Соловьи» Эмила Уилсона (Avid Reader Press, 4 августа) действие происходит в 1985 году, когда отец Уилсона, Дон, приглашает больного коллегу переехать в их семейный дом в Орегоне; Джима выгнали из собственной квартиры, потому что арендодатель понял, что он «один из этих больных фруктов». Эмил уже уехал в колледж, и книга рассказана через скетчбук его 17-летней сестры Лу — на каждой странице много всего, но взгляд свободно блуждает, не ограниченный панелями или речевыми пузырями. Лу и Джим становятся близкими друзьями: Джим описывает Лу сцены в гей-банях Нью-Йорка и готовит ей изысканный ужин на день рождения, а Лу помогает Джиму переворачиваться в постели, когда он слишком слаб, чтобы сделать это самому. В нашей рецензии со звездочкой говорится: «Этот графический роман потрясающ во всех отношениях… Иллюстрации обладают интимностью и непосредственностью, прекрасно дополняя текст, а яркая цветовая палитра передает радость, которую отношения между Лу и Джимом приносят им обоим… Абсолютно великолепно, визуально и эмоционально». (Прочитайте наше недавнее интервью с Уилсоном.)

«Рыба и вода» Гэнгоро Тагаме (пер. Энн Исии; Pantheon, 23 июня) открывается рисунком двух мужчин, отдыхающих на диване в удобной одежде — мешковатых штанах, футболках, тапочках — и делящих миску с закусками. Вся сцена приглашающая: стиль рисования Тагаме ясный и прямой, сразу вовлекающий в историю. На следующей странице — группа людей в поле в масках. Разгар пандемии COVID, и когда Акира, продавец, получает в подарок несколько крупных кочанов капусты, он звонит своему другу Кодзи, хорошему повару, чтобы тот пришел и разделил добычу. «Иллюстрации еды у Тагаме выглядят аппетитно», — говорится в нашей рецензии, — «демонстрируя креативность Кодзи и позволяя читателям легко разделить с Акирой его бурный восторг от трапез с другом». Оба считают себя гетеросексуалами, но чем больше времени они проводят вместе, тем яснее осознают, что между ними роман.

«Мирная ремиссия» Джонатана Джоба Нкондо (пер. Майка Кеннеди; Magnetic Press, 15 сентября) начинается с совершенно другой атмосферы: ночь, несколько страниц изображают темный интерьер. Пожилая женщина будит мужа длинными пузырями увещевательного текста, веля ему поговорить с новым соседом, который создает беспорядок. Вскоре мы понимаем, что они находятся на далеком астероиде. Как и Уилсон с Тагаме, Джоб Нкондо использует графический роман для глубокого погружения в отношения, и у него есть увлекательный способ чередовать страницы без текста и страницы с большим количеством текста, создавая ритм повествования.

Лори Мучник — редактор отдела художественной литературы.