Развод и выжженная истинность

Он выжёг мне метку истинности при всём дворе. А потом заставил смотреть, как казнят моего «любовника». Но самая жестокая месть для императора — это правда, которую он узнал слишком поздно. Я ждала его год. Девять месяцев корчилась от боли, моля богов подарить мне ещё один день — хоть один — чтобы дожить до его возвращения. Писала каждые два дня. Умоляла верить. Шептала сквозь слёзы: «Это не ребёнок. Это моя смерть. Это — магия». А он вошёл в тронный зал победителем — и увидел мой раздутый живот. — Разденьте её, — приказал дракон-император, отворачиваясь. — Пусть весь двор увидит правду. Маги подтвердили «беременность». Фрейлины хихикали. А его огонь выжигал золото метки с моего запястья — вместе с надеждой, любовью и последними силами бороться с проклятием, что грызло меня изнутри. Меня спасло чудо, а он узнал правду. Теперь я свободна. Больше не его жена. Больше не императрица. Просто женщина с ожогом на запястье и решимостью стать целительницей — даже если это сожжёт меня изнутри. А он стоит за дверью моей комнаты. Голый до пояса. С ожогами от моих рук на груди. Готовый принять любую боль — лишь бы я снова коснулась его кожи.